фокусник, мистификатор, иллюзионист

vlasovdenis


Денис Власов

Читатель, вы практически читаете мои мысли!


Share Next Entry
Эссе на тему магии и фокусов
фокусник, мистификатор, иллюзионист
vlasovdenis
Толковый словарь русского языка определяет фокус (от нем. Hokuspokus) как «ловкий прием, трюк, обманывающий зрение, основанный на проворстве и быстроте движений, на знании каких-либо закономерностей, особенностей и т.п.» [1]. Но искусство иллюзии – это больше, чем просто зрелищный обман. В его основе которого лежит также эффект таинственности, создание ощущения настоящего чуда. Очевидно, что самые интересные трюки завораживают в первую очередь своей необъяснимостью, таинственностью, ощущением происходящего волшебства. Иными словами впечатление от хорошего фокуса имеет совершенно иную природу, нежели впечатление от разгадывания головоломки или решения задачи.

Ментальный маг

Каждый человек испытывает эмоциональное потрясение при виде явлений, не поддающихся рациональному объяснению. Такое переживание происходит на уровне лимбической системы – самой древней структуры головного мозга, отвечающей за инстинктивное поведение человека, его эмоции и чувства. Учитывая то, что магия как обряд, как социокультурный феномен существовала на всем протяжении развития человечества, можно предположить о наличии некоторых механизмах генетической памяти. Известно, что уже 80 тысяч лет назад существовали и практиковались магические ритуалы и действия, о чем свидетельствуют обнаруженные древние кости некоторых животных в пещерах неандертальцев, а также другие находки.

Магия существовала как ритуальный обряд, религиозное чудо, духовная практика, шаманство, знахарство, гадание, в конце концов, как мошенничество, шарлатанство, да и развлекательное направление. Отчасти этим объясняется многозначность слова «магия» в зависимости от употребляемого контекста. Интересно, что в английском magic – переводится и как фокус, и как магия, поэтому фраза «It’s a magic», часто произносимая после показа трюка, есть не что иное, как игра слов (а не убеждение в том, что все происходящее – магия). Однако в русском языке слово магия в большей степени носит мистическую окраску и обладает эзотерической коннотацией, нежели слово фокус.

Феномен магии исследовали многие философы, психологи, этнографы (В. Ф. Гегель, Ф. Ницше, И. Кант, К. Леви-Стросс, Б. Рассел, В. И. Даль, К. Зелигманн, Л. Леви-Брюль). Историчность магии отмечал основоположник психоанализа 3игмунд Фрейд. Его работы «Тотем и табу» и «Будущее одной иллюзии» дополняют понимание сущности магии в аспекте сознания и бессознательного. По мнению Фрейда магия не могла бы возникнуть, а тем более столько лет существовать, если бы она не имела глубинных психологических предпосылок. Фрейд отмечал, что «современная магия или её отдельные магические действия могут порождаться различного рода психологическими комплексами; анимистическими верованиями, с которыми магия связана и которые существуют и теперь» [2]. Магия первоначально в отличие от появившейся позднее религии, возникла у людей, в структуре сознания которых ещё не был до конца сформирован противовес «Оно» в виде «Сверх Я» [3].

Учитывая многовековые магические традиции прошлого можно утверждать, что магия, магические обряды, повлияли и наложили отпечаток на культуру, иррациональные представления людей, их отношение к непознанному, таинственному, необъяснимому. В результате этого можно сделать предположение, что искусство иллюзии вызывает особый интерес у современного человека, перекликаясь с определенными древними инстинктами, имея связь с исторической памятью, сложившейся в результате эволюции психики и культурно-антропологического филогенеза.

Интересно отметить, что многие иллюзионисты понимают особенность восприятия мистически окрашенных действий, и показывая фокусы, активно используют мистический образ в своих номерах (например, это особо распространено в ментальной магии), как бы аппелируя к той самой древней человеческой особенности преклонения перед силами магической природы (supernatural). Это значительно усиливает эффект, поскольку маг как бы обращается к самым древним инстинктам, чувствам, пробуждает у зрителя первородное отношение к магическим актам, виртуально созданным артистом. К сожалению, понимают это и различного рода шарлатаны (колдуны и «экстрасенсы»), спекулируя на теме магии и играя на тех же самых струнах, но уже с другой целью.

По глубокому убеждению автора хороший артист иллюзионного жанра обязан обладать способностями создавать виртуальную реальность магических актов в процессе своего выступления. Проще говоря, если фокусник не умеет создавать ощущение чуда во время концерта, ощущение настоящего волшебства, то это трагедия для фокусника. В этом случае фокусник превращается в жонглёра, шоумена, ловкача, трюкача, но не волшебника, не человека из мира магии. Безусловно, отсутствие магической составляющей может быть компенсировано хореографией, танцами, юмором, дополнительными эффектами развлекательного характера, делая представление иллюзиониста интересным для зрителей. Но тем не менее фокусник должен обладать способностью удивлять, делать волшебство, и, в первую очередь, именно удивляя развлекать.

Схожие размышления о соотнесении категорий «удивлять-развлекать» приведены в книге известного американского фокусника Дарвина Ортиза «Strong Мagic» [4]: «Если вы действительно думаете, что фокусы не имеют никакой ценности, кроме как быть крючком, на который подвешивается музыка, танцы, юмор и сексуальная составляющая, то вам лучше стать музыкантом, танцором, юмористом или стриптизёром и забыть о фокусах. Я верю, что фокусы могут не только сами по себе представлять настоящее развлечение, но и предлагают развлекающие переживания, которые качественно отличаются от того, что аудитория может получить от музыки, танцев, шуток и любой другой формы развлечения. Эти уникальные переживания идут от таинственного, от ощущения невозможности. <…> Вы никогда не должны упускать из виду свою главную задачу: предоставлять аудитории возможность переживать чувство таинственного. Если фокусы хоть в какой-то мере претендуют на то, чтобы называться искусством, то это основывается исключительно на их уникальной возможности позволять зрителю сталкиваться с невозможным, вместе с сопровождающим это ощущением возбуждения <…>. Это чувство переживания таинственного, не только самое необычное, но также и самое сильное из развлекательных ощущений, которые вы, как фокусник, можете предоставить аудитории» [4] (перевод О. Степанова).

Исторически произошло разделение магического жанра на два направления: чисто развлекательное (цирковое, основанное на манипуляции, эстетики престидиджитации) и направление мистической магии, в основе которого лежит театрализация действа, актерская игра, эзотерика и нечто сокровенное, таинственное. Несмотря на то, что данные направления могут иметь общую техническую базу, они не пересекаются жанрово, эстетически (а порой даже и этически), по-разному воспринимаются зрителями в любых своих развлекательных формах.

Менталист

В.С. Свечников также указывает на то, что «много лет назад магия как бы разделилась на два принципиально различных направления: одно из них относит магию к оккультным наукам со всеми присущими оккультизму аксессуарами, другое провозгласило развлекательный характер магии и с тех пор продолжает развиваться, как синтетический вид искусства – иллюзионизм или сценическая магия. И в том, и в другом направлениях магии, однако, принцип сохранения магического секрета остается главным <…> Магия, как оккультная наука, отрицает наличие в своем арсенале секретных иллюзионных приемов <…> эти приемы камуфлируются специфическими заговорами, заклинаниями, магическими ритуалами, тщательно маскирующими секретную сущность демонстрируемого феномена. <…> Иллюзионизм провозглашает одним из своих принципов сохранение секрета магического феномена от зрителей – это главное условие создания и сохранения иллюзии чуда [5, С.7-8].

Очевидно, что в зависимости от интеллекта, образования, культуры, психологических предрасположенностей и иных свойств личности формируется отношение человека к непознанному. Сталкиваясь с событиями или явлениями, парадоксальными по своей сути или не вписывающимися в рамки представлений и предшествующего жизненного опыта, человек находит то или иное объяснение происходящему исходя из собственных убеждений и культурных доминант. И если для одного зрителя увиденное чудо – это всего лишь фокус, то для другого – некое физическое явление, для третьего – нечто магическое, паранормальное, для четвертого – гипноз или изменение сознания, для пятого – иллюзия, чистый обман и т.д. Иными словами, у зрителя всегда происходит рационализация увиденного в соответствии с личностными убеждениями, верой, философией, миропониманием. По этой причине «степень погружения в магию» каждый иллюзионист выбирает индивидуально, исходя из собственных этических размышлений, позиционирования своих магических навыков. Так, например, известные мистификаторы Ури Геллер, Вольф Мессинг не выходили из образа даже за пределами сцены. Другие же артисты считают аморальным даже намек на то, что фокусы имеют хоть какое-то отношение к сверхъестественному. Тем не менее, следует признать весьма точным знаменитое изречение легендарного иллюзиониста Робера-Удена о том, что «фокусник, тот же артист, с одним исключением – сходя со сцены, он продолжает играть».

Автору ближе в этом вопросе позиция известного английского менталиста Деррена Брауна (Derren Brown), утверждающего, «I am often dishonest in my techniques, but always honest about my dishonesty» [11] – «Я часто нечестен в своих техниках, но всегда честен в отношении своей бесчестности». Интересен и контекст, в котором употребляется это высказывание: «As I say in each show, 'I mix magic, suggestion, psychology, misdirection and showmanship'. I happily admit cheating, as it's all part of the game. I hope some of the fun for the viewer comes from not knowing what's real and what isn't. I am an entertainer first and foremost, and I am careful not to cross any moral line that would take me into manipulating people's real-life decisions or belief systems» [там же] – «Я охотно сознаюсь в мошенничестве, поскольку это является «неотъемлемой» частью игры. Я надеюсь, зрителю нравится пребывать в неведении относительно того, что является правдой, а что нет. Ведь в первую очередь я артист, и это самое важное. И я забочусь о том, чтобы не нарушать какие-либо моральные нормы, что вовлекло бы меня в манипулирование людьми при принятии ими решений в реальной жизни или измени их мировоззрения, системы убеждений».

Список литературы

1. Большой толковый словарь русского языка/гл. ред. С.А. Кузнецов. – СПб.: Норинт, 2000.
2. Фрейд З. Психология бессознательного – М.: Просвещение. 1989, С. 273.
3. Фрейд З. Психоанализ. Религия. Культура. – М.: Ренессанс. 1992, С. 52.
4. Darwin Ortiz. Strong Magic. Published by Kaufman and Company, USA, 1994.
5. Свечников В.С. Теория и практика сценической магии. – Саратов: Сарат. гос.тех. ун-т, 1998.
6. Derren Brown. Tricks of the Mind, Transworld Publishers, London, 2006 (переиздание 2007).

?

Log in

No account? Create an account